Мэтт Дэймон: «Это невыносимо — быть другом Джорджа Клуни»

Оля Полякова уверена, что у ее дочки прирожденный талант актрисы

Мэтт Дэймон: «Это нестерпимо — быть другом Джорджа Клуни»

«Это был мой 1-ый и последний шанс поработать с Джеймсом Кэмероном. Достаточно грустно это обдумывать», — поведал Мэтт Дэймон о собственной самой большой ошибке.

Приятно слышать, как Мэтт Дэй­мон опять шутит и гласит о собственной любви к кино. В последние пару лет ему пришлось нелегко… Когда в Голливуде поднялась волна разоблачений по делу Харви Вайн­штейна, обвинявшегося в сексапильных домогательствах, Дэймон вспомнил о былых наградах продюсера — один из немногих. Сейчас это может стоить хоть какому актеру (искусство (арх) карьеры. Хотя Мэтт всего только счел необходимым воздать подабающее Вайнштейну за некогда оказанную поддержку. Конкретно он больше 20 лет тому вспять открыл миру Дэймона и Бена Эффлека, спродюсировав кинофильм «Умница Уилл Хантинг» по сценарию никому тогда не узнаваемых юных мужчин. Да еще привел их к истинной славе — оба получили по «Оскару» за сценарий к этой картине.

И вот сейчас о Мэтте, с тех пор не очень обласканном заслугами, наконец опять заговорили. Его именуют одним из основных претендентов на престижную статуэтку в номинации «Наилучший актер» за роль в кинофильме «Форд против Феррари».

— Любопытно, как бы вы «продали» сюжет кинофильма (это настоящая история о битве меж командами в 1960-е годы, когда они «выясняли дела» на гоночных соревнованиях. — Прим. ред.) тем, кто индифферентен к этому бизнесу и гоночному спорту?

— Ну, я бы произнес, что и сам вытерпеть не мог киноленты про гонки! (Смеется.) И совсем «купился» только с возникновением Кристиана Бэйла и режиссера (творческий работник зрелищных видов искусства: театра, кинематографа, телевидения,) Джима Мэнголда. Сложилась история, показавшаяся мне близкой и понятной. История о дружбе 2-ух этих гонщиков, один из которых числился традиционным лузером. Но таких различных мужчин тревожили одни и те же вещи. Принципиальные вещи. И потому им удалось сделать дружественный альянс, в котором они были оба лучше, чем каждый сам по для себя. Да, они дрались и боролись друг с другом, как истинные братья, припирали друг друга к стене, доводили до безумия, — разве это не знакомо многим из нас? Но когда речь шла о вправду принципиальном, они были заодно…

— Как вам работалось с Кристи­аном Бэйлом? Он тоже ведь жива легенда… (Бэйл снимался в таких культовых фильмах, как «Бэтмен: Начало», «Черный рыцарь», «Южноамериканский психопат», и других. — Прим. ред.)

— Он один из наилучших актеров в мире, которых я лицезрел. Потому мне было просто ощутить себя в шкуре собственного героя Шелби. С Кристианом принципиально знать одно: дисциплина должна быть как в мужском монастыре. Он готов многим пожертвовать ради работы и заслуги собственной цели. Таким же преданным собственному делу — при этом не напоказ — был и его герой. Не выносил дураков. Так что мне особо и тужиться не пришлось рядом с Кристианом. Понимаете, как уверили согласиться на роль? Режиссер ему произнес: «Слушай, ну чего ты упираешься? Этот же персонаж — четкая копия тебя». Бэйл в ответ: «Что это означает? Что я редчайший засранец и меня все не обожают?» (Смеется.)

— А кого бы вы окрестили наилучшим партнером по съемкам?

— Я всегда гласил и повторю: я восхищаюсь Джорджем Клуни. Он красивый и неописуемо щедрый человек. Один из наилучших режиссеров, с кем мне доводилось работать. И чем больше я его узнаю, чем старше мы оба становимся, тем я посильнее им восхищаюсь и испытываю по отношению к нему все больше почтения. Это прямо страшенно нестерпимо — быть его другом. Поэтому что знаешь, что никогда не сможешь отплатить ему за всю его доброту. (Смеется.)

— Вы и ранее игрались реальных и именитых персонажей…

— Да. И это не всегда просто. В кинофильме «Непокоренный» у меня была роль игрока в регби. И в один прекрасный момент я повстречался с макетом, когда был в Южной Африке. Он меня пригласил на обед к для себя домой. А он весил больше ста кг и ростом под два мет­ра. И вот я захожу и вижу его такового, большого… Помню 1-ые свои слова: «Понимаете, а в кинофильме я тоже выгляжу немаленьким!» (Смеется.)

— У вас много опыта в вождении машин в самых экстремальных критериях во время съемок, но каково это было в этот раз — практически всегда Кристиан Бэйл за рулем, а вы всего только наблюдающий? Не грустно?

— Я был в шоке, когда поглядел документальные киноленты о гонках того времени и понял, как это было небезопасно. И на данный момент небезопасно, но тогда это было сродни самоубийству. Эти мужчины просто летали на бомбах! Ничем не защищенные, посиживали практически на бензобаках, с большими движками, которые они, как инженеры, и стремились приспособить к легчайшим корпусам. А самым слабеньким местом гоночных машин были тормоза. И гонщики никогда не знали наверное, получится ли им на таковой скорости и с таким нагретым мотором приостановить машину в подходящий момент. Нет, я бы ни за что на такое не пошел! Недаром, при всей любви к машинам, не был никогда поклонником гонок. Нужно иметь поразительное мужество.

— А вы с Кристианом знали друг (личные бескорыстные взаимоотношения между людьми, основанные на общности интересов и) друга до этих съемок?

— Ну, мы встречались, но особо не общались. Весело, что на этих съемках у нас было такое предписание режиссерское — не находиться длительно вкупе в одном помещении. Так вот, Кристиан участвовал в нескольких проектах, которые я пропустил. Сейчас он гласит, что всякий раз удивлялся и пробовал осознать, почему это я отказался? Где тут собака зарыта была? (Смеется.)

— И что же это за роли такие?

— Самая популярная — в кинофильме «Боец». Поэтому что Кристиан там катастрофически неплох. И заслуженно получил «Оскар» за эту работу. А я отказался, поэтому что мне приглянулась мысль, но не приглянулся сценарий. И режиссер, который вначале должен был снимать. А позже пришел Дэвид Расселл, переписал сценарий, заполучил Кристиана, и все сложилось отлично. Вообщем, я, естественно, смотрел за Кристианом (распространённое европейское имя) с тех пор. У меня везде были шпионы, которые мне все докладывали. (Смеется.)

— А кто из ваших героев вам поближе всего?

— Не знаю. Может, частично из «Умницы Уилла Хантинга» — и мой герой, и Бена Эффлека. Хотя мы оба ни черта не смыслим в арифметике. Бен вечно сетует, что снова не сумел посодействовать дочке с домашкой по арифметике.

— Рвение достигнуть совершенства — не имеет ли оно побочных эффектов? Вот и кинофильм частично об этом, и Кристиан Бэйл (Бэйл — многозначный термин) таковой актер, и режиссер…

— Можно на этом пути свихнуться. Но я все-же не думаю, что это самый резвый метод сойти с ума. Напротив, это хороший и самый резвый путь к счастью. (Улыбается.) Желание отыскать самую последнюю информацию и технику и стратегию, чтоб сделать лучше то, чем занимаешься, отличает людей, которые серьезно относятся к собственному делу. Не так давно я обедал с Томом Брэди (лучший южноамериканский футболист, муж известной модели и бывшей любимой Леонардо Ди Каприо Жизель Бундхен. — Прим. ред.). И он рассуждал о том, как занят поисками безупречной подачи крученого мяча. А он их тыщи уже сделал, ему больше сорока лет, а он все еще грезит отыскать совершенство в том, чем всю жизнь занимается! И эта цель делает его счастливым.

— А вы таковой? Пересматриваете свои киноленты и переживаете, что могли бы лучше сыграть?

— О нет! Ворачиваться в прошедшее и переживать из-за того, что нельзя поправить, — это прямой путь в психушку. Естественно, я отдаю для себя отчет в том, что на данный момент я еще лучше почти все умею делать, чем 20 лет тому вспять. И я лично все еще пребываю в поиске собственного безупречного кинофильма. И потому как и раньше люблю свою работу.

— А что за последние, скажем, 10 лет поменялось в промышленности кино, на ваш взор?

— Да все! Полностью неузнаваемая стала промышленность эта. Я тут не так давно — к вопросу о деньгах — хохотал с супругой над одной историей, когда мог бы заработать колоссальные средства. Тогда такое было может быть. Поэтому что существовали DVD, к примеру. И потому можно было расслабленно рассчитывать на бюджет от 20 до 70 миллионов на драматическую картину. Но больше этого нет. С другой стороны, возрос забугорный рынок кинопроката. Но там нужны огромные блокбастеры с наименьшим количеством диалогов, киноленты о супергероях. Это совершенно не тот бизнес, в который я попал в 90-е годы. В те дальние времена авторское кино было на невероятном подъеме и всем оно было любопытно. И во многом благодаря Харви Вайнштейну и его компании. Да, я знаю, меня всячески порицают за подобные выражения, но это так и есть. Поэтому что мы все, включая его, выросли на картинах с Робертом Де Ниро и Аль Пачино… И я вижу ясно все конфигурации. Может быть, поэтому, что в последние пару лет не очень много снимался. И мне ясно, что те времена уже никогда больше не возвратятся.

— И правда ни о чем не жалеете в собственной карьере?

— Что ж, есть у меня (фамилия) одна занимательная история, связанная с отказом, и я до сих пор не понимаю, жалею я или нет. (Смеется.) Джим Кэмерон предложил мне главную роль (село на Украине, находится в Шаргородском районе Винницкой области) в «Аватаре». При этом с такими словами: «Слушай, мне никто не нужен. В смысле, мне не необходимо имя. Не нужна звезда. Если откажешься, я возьму неведомого актера и сделаю кинофильм с ним, поэтому что реально этот кинофильм (а также — кино, кинофильм, телефильм, кинокартина — отдельное произведение киноискусства) в для тебя не нуждается. Но если согласишься, я для тебя обещаю 10 процентов от сборов…» Это к разговору о деньгах… (Улыбается.)

— Другими словами, вы были бы богаче на четверть млрд баксов, беря во внимание, сколько заработал «Аватар»… (Как понятно, роль эту в итоге получил вправду неведомый в ту пору австралийский актер Сэм Уортингтон. — Прим. ред.)

— Да уж, я отказался от такового количества средств, которое и не снилось ни одному актеру. (Смеется.) Но я точно знаю, что, если бы согласился, сделал бы кучу заморочек для режиссера Пола Гринграсса и всех моих друзей по кинофильму «Ультиматум Борна». О чем я тогда и произнес Кэмерону. А он мне ответил: «Знаешь, я снял всего 6 кинофильмов за свою карьеру». Я не сходу понял, что он имел в виду. Ровно то, что каждый из этих кинофильмов стал событием. И потому всегда кажется, как будто он сделал еще больше. Так что да, со временем я понял и другое: может быть, это был мой 1-ый и последний шанс поработать с Джеймсом Кэмероном. Это достаточно досадное чувство. И меня очень задевает… Но ничего. Мои малыши, слава богу, сыты. Обуты и одеты. Все у меня отлично.

— Один из возлюбленных ваших персонажей — Борн. Как насчет нового кинофильма о вашем фирменном супершпионе?

— Может быть, к собственному 50-летнему юбилею сподоблюсь. Последний раз. Хотя я и не знаю, хватит ли мне физических сил на него. Последний кинофильм был катастрофически томным. Вобщем, я то же самое гласил и тогда. Пришлось съесть свои слова — со счастливой ухмылкой на лице! (Смеется.)

7days

КОММЕНТАРИИ